Задача и подход: место как соавтор

Музей Коровина

Я всегда глубоко погружаюсь в контекст — и здесь сам контекст стал соавтором. Гурзуф и Крым издавна притягивали творческих людей: от Пушкина до Чехова. Гостями виллы «Саламбо» были Шаляпин и Рахманинов. Эта насыщенность присутствием больших творцов стала материалом: идеи рождались из соприкосновения с местом. Навигация заговорила голосом моря и сада; смысловые таблички выросли из живой флоры виллы и зазвучали голосами не только Коровина, но и её гостей. Место стало полноправным соавтором решений.

Сделать так, чтобы музей проживали, а не просто осматривали: дать ему глубину и больше точек соприкосновения с посетителем — чтобы человек не разглядывал экспозицию со стороны, а оказывался внутри истории.

Дом-музей Константина Коровина — первого русского импрессиониста — на вилле «Саламбо» в Гурзуфе, у самого Чёрного моря. Создатели музея — Сергей и Виктория Жигуновы. Пространство, где культура говорит с вашим сердцем.

Кейс

Здесь я работала как арт-директор, руководитель проекта и дизайнер, развивая музей как цельную систему – от художественного высказывания до света и развески.

Чтобы этого добиться, я сопровождала проект на всех уровнях:

Роль: от смысла до деталей

10

09

08

07

06

05

04

03

02

01

исследовала материал и написала авторские тексты обо всех художниках;

продумала архитектурные решения экспозиции: пространство, развеску, логику подачи;

организовала производство и запуск экспозиции: более трёх месяцев ремонта и благоустройства зала, изготовление и монтаж выставочных конструкций, привлечение профильных специалистов;

создала навигацию с голосом места и 29 смысловых ботанических табличек;

спроектировала и запустила сайт музея: концепция, тексты, дизайн, сборка;

разработала визуально-коммуникационные решения: билеты, флайеры, баннеры, плакаты, лифлеты, афиши, стенды, digital материалы и прочие;

спродюсировала фотосъёмку сувенирной продукции;

собрала программу событий: творческие встречи и лекции об искусстве;

сопровождала грант Фонда президентских инициатив и согласования с госорганами.

Параллельно участвовала в доработке и основной экспозиции музея. Дальше — подробнее о ключевых частях.

реализовала выставку «Ученики Коровина» – от сбора экспозиции до открытия;

записала интервью с куратором, чтобы точнее понять его замысел и выстроить кураторское повествование;

курировала создание стендов с информацией о художниках для экспозиции;

координировала команду и привлечённых специалистов — дизайнеров, типографию, инженеров, мастеров — и провела проект от ремонта зала до открытия.

исследовала материал и написала тексты обо всех художниках, по каждому собирая материал заново;

Я собрала экспозицию в цельный, законченный проект и довела до открытия:

«Ученики Коровина» – камерный, более глубокий слой, который дополняет основную экспозицию: если она рассказывает о самом художнике, то выставка – о нём как об учителе и о тех, кого он воспитал. На выставке были впервые показаны 32 подлинные работы 17 учеников Коровина – среди имён Фальк, Сарьян, Юон, Кравченко, Федоровский. Владельцем коллекции и куратором был продюсер и актер Сергей Викторович Жигунов.

04

03

02

01

Выставка «Ученики Коровина»

«Вы вдохнули в Гурзуф новую жизнь»

«Это очень правильная выставка по отношению к Константину Алексеевичу. Потому что это его продолжение. И это тоже он.»

Янина Павленко, мэр Ялты, на открытии выставки

Проект получил широкий отклик в прессе, его открытие сопровождала пресс-конференция

Сергей Викторович Жигунов о выставке — из интервью, которое я записала для проекта:

Голос куратора

Фатсия японская

Идея родилась из простого наблюдения: гости постоянно спрашивали названия растений на территории музея. Я превратила бытовой вопрос в отдельный проект, где сошлись ботаника, поэзия и дух виллы «Саламбо».

«Совет от фатсии: необязательно разбираться в искусстве, чтобы почувствовать его».

Морозник

Цветёт даже зимой и не любит пересадку, как Коровин в эмиграции тосковал по родине, но продолжал писать: «…даже в неблагоприятной среде можно творить, иногда даже ярче».

Тис ягодный

Ровесник века, рос под музыку Рахманинова, частого гостя виллы: «…ядовит. Его, как картины в музее, можно смотреть, но не трогать».

Несколько голосов этих табличек:

Среди растений – долгожители старше 120 лет, живые свидетели эпохи. Каждая табличка стала маленьким рассказом – с отсылками к живописи, к мастерской Коровина, к самой вилле и её гостям; где-то с лёгким флиртом, где-то с улыбкой, где-то с приглашением задуматься. Иллюстрации я выдержала в импрессионистской манере, по мотивам его полотен; фон – цвета морской волны, в созвучии с айдентикой музея и крымским солнцем.

Серия из 29 табличек — таких нет ни у музеев, ни у ботанических садов. Они выводят опыт за пределы экспозиции и дают музею объём и смысловую глубину: его жизнь продолжается даже за стенами. Для меня этот проект стал напоминанием: чистота результата рождается из множества деталей, диалога и тонкой настройки между всеми участниками — из этого и складывается глубина и то самое удовольствие от процесса.

Обычную навигацию я сделала с характером – через контекст Гурзуфа и самого Коровина. Направляющие по территории, режим работы, информационные таблички – всё заговорило голосом места. Таблички «У нас не курят» звучат здесь иначе, чем где-либо: «Константин Алексеевич не одобряет», «Дышите морем», «Вдохните розы», «Здесь пахнет морем», «Наслаждайтесь моментом». Для закрытой комнаты виллы, куда вечно порывались зайти гости, я придумала мягкую формулировку: «Эта комната пока не готова принимать гостей».

Отдельно сделала наклейки с QR-кодами на отзывы в Яндексе — чтобы голос посетителя не терялся:

Я спродюсировала съёмку самого популярного сувенира музея – шёлковых платков с картинами Коровина: продумала образы, свет и композицию кадра, организовала и провела съёмку. Результат: у платков появился визуал, с которым они вышли в интернет-магазин музея и попали в обзор телеграм-канала «Музейный сувенир» (≈10 000 подписчиков). Так у музея появился визуал, достойный того, чтобы показывать его миру.

Сопровождала грант Фонда президентских грантов на создание музея: готовила отчётность и согласовывала её с куратором фонда. С администрацией и дорожным управлением согласовала информационные указатели на дороге общего пользования.

Грант и взаимодействие с госорганами

Я начала готовить коллаборацию музея с Никитским ботаническим садом: сад вывел новый сорт розы и назвал его «Роза Коровина». Выбор имени закономерен: розы — любимый мотив Коровина и одна из главных ассоциаций с художником, он писал их снова и снова. На этом созвучии и строилась идея коллаборации. Сопровождала встречу директоров музея и сада, на которой были достигнуты договорённости о дальнейшем сотрудничестве, и готовила следующий шаг — собрать из этого историю и упаковать её для публики. Дальнейшая реализация тогда не состоялась, но имя Коровина теперь носит не только музей, но и живая роза.

Коллаборации

Результат

Музей получил плотность переживания – опыт, который проживают, а не просто осматривают.

Выставка, навигация, смысловые таблички, сайт, события и сувениры сложились в одно целое и дали музею тот самый объём и смысловую глубину: точка соприкосновения с посетителем возникает на каждом шагу, а жизнь музея продолжается даже за его стенами.